Мировые информагентства принесли сенсационную новость: ЮНЕСКО включила в список нематериального наследия культуру приготовления украинского борща.

Удивительно, но в состав борща свекла попала не сразу. / GettyImages

Рецепт украинского борща с пампушками «Кухня Родины» опубликовала задолго до решения ЮНЕСКО («Родина», N 4, 2020). Однако всегдашняя приверженность нашей рубрики исторической кулинарной правде требует внести ясность в вопрос происхождения борща.

Борщ, как многие популярные блюда с историей, не имеет ни конкретного автора, ни единого рецепта. Недаром есть поговорка: сколько хозяек — столько и борщей. Например, в «Книге о вкусной и здоровой пище», изданной в СССР, рецептам борщей уделено несколько страниц. Есть русский, белорусский, польский, украинский, литовский, есть борщи у румын и молдаван. Это блюдо встречается даже в кухне у восточноевропейских евреев-ашкенази.

Что же касается версий появления борща, то самая экзотичная связана с Древним Римом. А самая нелепая — с его украинским происхождением. Блюдо это появилось не позже XVI века, а этноним «украинец» стал приобретать повсеместное хождение только после Февральской революции 1917 года.

Версия «Словаря Академии Российской»

Есть мнение, что слово «борщ» произошло от растения под названием борщевик, а раньше он так и назывался — «борщ». Об употреблении похлебки из свежего борща пишет английский путешественник Ричард Джемс, посетивший Холмогоры в 1618-1619 годах: «борщ, трава, которую в начале лета они собирают и варят, это очень хорошее блюдо». Но речь идет не о ядовитой разновидности борщевика, а о вкусном и полезном растении, похожем на гигантский укроп.

Гораздо позже в рецепт борща начали добавлять свекольный квас и другие овощи. Еще позже начали варить на мясном бульоне. Такую роскошь крестьяне могли себе позволить только по праздникам.

Впервые прообраз современного борща появился в толковом словаре русского языка — «Словаре Академии Российской» 1789 года: «У МалороссЄянъ квашеная свекла и похлебка приготовляемая изъ нея съ говядиной и съ саломъ свинымъ; а у ВеликороссЄянъ иногда съ мясомъ говяжьимъ, иногда же съ рыбою и называется бураки».

Бурак (буряк) — название борщевой свеклы в южных областях России, на Украине, в Белоруссии и Польше. Мы привыкли, что борща без свеклы не бывает. Но оказывается, ни свеклы, ни помидоров, ни картофеля в изначальном рецепте не было. А непременным ингредиентом старинного борща была квАша (то есть что-либо заквашенное), которую в ряде областей и именовали борщом.

Мало кто догадывается, но «борщ» и «брожение» — это, по сути, однокоренные слова. Кстати, глагол «переборщить» первоначально означал «переквасить». Для того чтобы борщ считался борщом, в его составе должна быть не столько свекла, сколько продукты, полученные в результате брожения. Или какие-либо другие подкислители: уксус, лимонный сок, щавель.

Бессвекольные борщи на квАше — это и есть те самые похлебки, которые в старину именовали борщами.

Блюдо эволюционировало, и со временем появился привычный нам красный борщ со свеклой. Говорят, ему благоволила даже императрица Екатерина II и для его приготовления держала при Дворе специального повара. Другие же источники утверждают, что императрица борщу предпочитала щи.

В конце XVIII века свекольная разновидность борща в разных вариантах была известна во многих губерниях Российской империи. Местные особенности накладывали колоритный отпечаток на способ приготовления. Так, в Москве в состав борща входили кислая капуста, говядина, копчености и колбасы, а вот картошки не было.

В ресторанах и трактирах к московскому борщу подавали маленькие несладкие ватрушки. Особым шиком считались совсем маленькие — размером чуть больше пятака. Их делали в конце XIX века в ресторане «Россия» на Петровских линиях.

Борщ не имеет ни конкретного автора, ни единого рецепта

Рецепт адмирала Макарова

Появление борща в рационе моряков Балтийского флота связывают с именем адмирала Степана Осиповича Макарова.

После того, как Степан Осипович в конце XIX века стал командиром Кронштадтского порта и губернатором Кронштадта, он провел смотр флотских экипажей и столкнулся с многочисленными жалобами на качество пищи. Макаров довольно быстро понял, что командные щи, которыми кормили матросов, никуда не годятся. Еще со времен парусного флота их готовили так: мясо единым куском закладывали ночью в котел и варили до обеда. Затем мясо вынимали, резали на пайки и вместе со щами выдавали команде. Разваренное мясо плохо резалось.

Макаров знал, что у черноморцев готовят вкуснее, и создал комиссию, которая внедрила черноморский способ варки щей. Для улучшения вкуса были добавлены помидоры, а мясо было решено резать до, а не после варки. Поскольку рецепт нового блюда пришел с юга, то вскоре вместо слова «щи» стали употреблять «борщ». Флотский борщ пришелся морякам по вкусу.

Яство Гавриила Державина

К борщу не были равнодушны и классики отечественной литературы. О нем в стихотворении «Приглашение к обеду» (1795) упоминает Гавриил Державин:

Шекснинска стерлядь золотая,

Каймак и борщ уже стоят;

В крафинах вина, пунш, блистая

То льдом, то искрами, манят.

У Александра Куприна в повести «Яма» (1915) подают «вкусный борщ со свиной кожицей и с помидорами».

Легендарный суп уважал Александр Корейко из романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок» (1931). Все помнят, как подпольный миллионер с любопытством поглядывал на борщ, «в котором плавали золотые медали жира. Было в этом борще что-то заслуженное, что-то унтер-офицерское».

Но, пожалуй, аппетитнее всего описывает это блюдо Михаил Булгаков в романе «Мастер и Маргарита» (1928-1940): «Пелагея Антоновна внесла дымящуюся кастрюлю, при одном взгляде на которую сразу можно было догадаться, что в ней, в гуще огненного борща, находится то, чего вкуснее нет в мире, — мозговая кость. «

А вот рецепт от проголодавшихся солдат из романа Михаила Шолохова «Они сражались за Родину» (1943): «Борщ из баранины хорош с молодой капустой, — задумчиво сказал старшина. — Капуста молодая, а картошка должна быть в борще старая, — с живостью отозвался Некрасов. — В молодой картошке толку нет, на варево она не годится. А еще неплохо поджаренного лучку туда кинуть, этак самую малость. До войны мама всегда на базаре покупала баранину непременно с почками. И еще укропу надо немного».

На минувшей неделе украинские дипломаты обиделись на гид Michelin, в котором борщ был назван национальным блюдом русской кухни. Это стало очередным витком спора о происхождении борща: пока в Киеве борются за то, чтобы мир признал его национальным украинским блюдом, для россиян он остается одним из самых любимых супов. Историки кулинарии утверждают: спор о происхождении борща — веяние современности, и определить его национальную принадлежность на самом деле невозможно.

На минувшей неделе в Россию пришел гид Michelin — и практически сразу после этого разразился кулинарно-политический скандал. В посольстве Украины во Франции обнаружили, что в пресс-релизе, опубликованном 21 декабря, борщ обозначили как «национальное первое блюдо русской кухни», сообщали украинские СМИ со ссылкой на пресс-службу украинского ведомства.

В результате дипломаты обратились в Groupe Michelin с требованием это исправить, поскольку борщ — национальное блюдо украинской кухни. Перед ними извинились за «гастрономическую неосторожность с неожиданно политической коннотацией», а пресс-релиз — исправили.

«Использование овощей и ароматных приправ также придает насыщенный аромат и пикантный вкус любимым первым блюдам гурманов, включая такие как борщ и рассольник в их различных вариациях приготовления», — говорится теперь в сообщении о приходе Michelin в Россию наряду с упоминанием таких продуктов и блюд, как бефстроганов, сметана и бородинский хлеб.

В последнее время страсти вокруг национальной принадлежности борща разгораются все чаще.

Чуть больше года назад, в октябре 2019-го, «Би-би-си» назвали борщ инструментом российской военной пропаганды. Агентство напомнило, что за несколько месяцев до этого, в мае, в Twitter российского МИДа был опубликован пост, в котором он характеризовался как «бессмертная классика» и «одно из самых известных и любимых блюд в России» — в публикации также приводился рецепт борща. Тогда это вызвало возмущение жителей Украины.

«Как будто вам было недостаточно украсть Крым, вы пришли и украли у Украины еще и борщ», — цитировало «Би-би-си» комментарии.

Говоря о борще как об инструменте пропаганды, «Би-би-си» ссылалось на аналитика политических и экономических рисков Алекса Кокчарова, уроженца Белоруссии, проживающего в Лондоне. В беседе с агентством он назвал российский пост о борще «еще одной попыткой культурной апроприации со стороны Москвы». По его мнению, «пока несколько культур претендуют на то, что борщ относится к ним — Украина, Беларусь, Польша и Россия, — у Украины есть самые сильные основания претендовать на это блюдо».

Тем временем, шеф-повар украинского ресторана «Веселка» из нью-йоркского Ист-Вилледжа Олеса Лев рассказала изданию, что борщ — украинское блюдо, поскольку готовится из продуктов, упоминавшихся в источниках Украины еще в далеком прошлом, а в Россию пришел в советское время во время сталинской коллективизации.

По версии Олеси Лев, Иосиф Сталин дал поручение Анастасу Микояну сформировать советскую кухню из блюд, характерных для представителей «100 национальностей», проживавших в СССР, и в 1939 году была опубликована «Книга о вкусной и здоровой пище».

«Кулинарная книга сделала все эти блюда частью советской культуры, и таким образом, русскими, поскольку Россия была самой важной частью в Советах», — пишет «Би-би-си». Отмечается при этом, что борщ в «Книге о вкусной и здоровой пище» представлен в трех вариантах — просто борщ, борщ летний (овощной, без мяса) и борщ украинский, который отличают заправка из растертого с чесноком сала и предложение использовать для подкисления хлебный или свекольный квас).

В октябре 2020 года Украина заявила, что намерена внести борщ в список нематериального наследия ЮНЕСКО, где уже фигурируют внесенная Азербайджаном долма и лаваш от Армении. Инициатором этого стал шеф-повар из Киева Евгений Клопотенко, который, в частности, приносил в украинское министерство культуры кастрюлю борща, чтобы убедить чиновников начать процедуру внесения блюда в список ЮНЕСКО.

При этом российский МИД напомнил в Twitter, что борщ считается национальным блюдом также в Белоруссии, Польше, Румынии, Молдавии и Литве. Однако Евгений Клопотенко настаивает: в борьбе за признание борща украинским блюдом он отстаивает свою идентичность.

«Когда я начал изучать украинскую пищу и кухню, я осознал, что украинской кухни на Украине не существует, — цитировало 34-летнего шеф-повара France24. — Все это советское». По его словам, борщ во всех его вариациях объединяет Украину: в беседе с журналистами, он говорил, что Советский Союз «проглотил» его страну: «Мы не знаем, кто мы есть и что мы есть», — жаловался Евгений Клопотенко.

Историки кулинарии считают спор о национальной принадлежности борща бессмысленным, а стремление привязать то или иное блюдо к определенной стране — конъюнктурным.

«Попытки однозначно определить «национальность» того или иного блюда — это, конечно же, веяние современности. Большинство всех этих кулинарных споров вызваны проецированием современных представлений на историческую реальность. Проще говоря, полемисты не учитывают ни историческую изменчивость блюд, ни перемену во вкусе входящих в них ингредиентов, ни время формирования национальных кухонь», — объясняет «Газете.Ru» историк кулинарии Максим Марусенков.

Это относится и к борщу. «Во-первых, состав и способы приготовления этого блюда менялись и хронологически, и территориально: в конце XVIII века борщ готовили иначе, чем в начале XX, а борщ из Полтавской губернии отличался от борща из Тульской, — говорит он. — Во-вторых, менялись во вкусе его ключевые ингредиенты: свекла не всегда была такой сладкой и темно-красной, как мы привыкли».

Историк уверен: украинская кухня не существовала обособленно от русской даже во второй половине XIX века.

«Так что борщ — это и русское, и украинское, и польское блюдо, и «запатентовать» можно разве что какую-то конкретную его разновидность», — убежден Максим Марусенков.

Украинские историки обосновывают идею украинского происхождения борща тем, что первое упоминание о нем датируется 1584 годом в записях немецкого торгового агента Мартина Груневега, двигавшегося из Львова в Москву и обнаружившего борщ в Киеве. Об этом же эпизоде упоминает и Максим Марусенков в своей статье об истории происхождения борща в «Известиях». Однако историк кулинарии уверен: речь идет не о современном варианте первого блюда со свеклой, а о похлебке, приготовленной из борщевика обыкновенного, широко употреблявшегося тогда в пищу на всей территории Руси и называвшегося борщом. Свекла тогда лишь начала культивироваться. По мнению Максима Марусенкова, в народе этот овощ распространился не ранее XVIII века.

Однако и после этого оказывается сложно разделить кулинарную традицию на русскою и украинскую.

«У Малороссіянъ квашеная свекла и похлебка приготовляемая изъ нея съ говядиной и съ саломъ свинымъ; а у Великороссіянъ иногда съ мясомъ говяжьимъ, иногда же съ рыбою и называется бураки», — цитирует историк «Словарь Академии Российской» 1789 года. Другое дело — что в поваренных книгах борщ действительно часто идет с приставкой «малороссийский». Хотя и не всегда — так, например, его рецепт дается в «Русской поварне» Василия Левшина 1816 года.

К тому же, попытки отделить корни борща от России неизбежно наталкиваются на еще один чувствительный аспект: еще в XIX веке и малороссы и великороссы относились к русским. Об этом свидетельствует хотя бы такой пассаж из книги украинского этнографа и поэта Миколы Маркевича «Обычаи, поверья, кухня и напитки малоросиян» («Звичаї, повір’я, кухня та напої малоросіян») 1860 года: «Каша бывает пшенная, гречневая, овсяная, ячная и пр. и пр. — общее кушанье для русских, известное каждому».

Настаивая на национальном происхождении борща, украинские активисты могли бы напирать на другие факты. Дело в том, что у знаменитых авторов кулинарных книг конца XIX и начала XX веков Елены Молоховец и Пелагеи Александровой-Игнатьевой борщ называется «малороссийским» — последняя, например, в своей работе «Практические основы кулинарного искусства», впервые изданной в 1899 году, приводит рецепты «малороссийского борща, как его принято приготовлять в Петербурге» и «как его варят в Малороссии».

В книгах, созданных в советское время, рецепты борща уже часто идут с приставкой «украинский».

Так, открывая книгу Дарьи Цвек «К праздничному столу» («До святкового столу») 1973 года, можно обнаружить борщи по-житомирски, постный с ушками, томатный, украинский, холодный и красный. А в книге «Кухня народов СССР» 1983-го вообще сложно углядеть апроприацию борща советской культурой: в разделе «Русская кухня» нет ни одного рецепта этого блюда, в «Белорусской» предлагается один, в «Литовской» — два (один из них холодный). «Украинская кухня» при этом предлагает варианты приготовления 19 разных борщей, даже с квашеными яблоками и баклажанами.

Если же забыть о теории и об истории, то в спорах о борще не сходятся и кулинары-практики — они согласны лишь в том, что борщ должен быть кисло-сладким. При этом в борще могут варьироваться пропорции свеклы и томатов (больше того или другого), способы тепловой обработки овощей, и даже состав — бульон может быть свиным, говяжьим, куриным, а на юге России хвалят борщ с килькой в томате.

Вычитав однажды в «Живом журнале» мнение, что в украинском борще больше доля томатов и меньше свеклы, чем в московском, редактор «Газеты.Ru» приготовила его и услышала от своей матери-украинки подтверждение этому высказыванию: «Я бы добавила томатов».

Подписывайтесь на «Газету.Ru» в Дзен и Telegram.
Чтобы сообщить об ошибке, выделите текст и нажмите Ctrl+Enter